Пятиэтажная водонапорная башня со смотровой площадкой в Борисовщине и богатая коллекция деревьев и кустарников в парке

Наши проекты

Усадьба каждого помещика определялась не только вкусом хозяина, но главным образом его финансовыми возможностями.

А возможности зависят не только от рачительного пользования своим имуществом и землёй, но и от их количества. Примером тому может служить усадьба Ястржембских в Борисовщине.

Первое из известных на настоящий момент письменных упоминаний о Борисовщине датируется 1622 годом. Согласно акту разграничения Мозырского повета Великого княжества Литовского и Киевского воеводства Короны Польской, село Борисовщина принадлежало мозырскому пану Храповицкому и было отнесено к Мозырскому повету Минского воеводства Великого княжества Литовского.

Из упоминаний в иных источниках следует то, что в 1702 деревня принадлежала пану Антонию Вольскому. Позднее, очевидно князю Игнатию Шуйскому, так как в 1752 году он передал землю в Борисовщине ротмистру Мозырского повета Франтишеку Зборовскому, от которого она перешла в наследство его сыну Алоизию. В 1782 году каштелянич новогрудский Богуслав Леопольд Оскерко завещал имение Борисовщина своему сыну Флоренцию Юзефу, мозырскому земскому судье. В 1802 году Борисовщина была передана в залог от Оскерко шляхтичу Немчиновичу. А в 1804 году имение перешло в собственность семьи Ястржембских, которая владела им до конца 1917 года. Причём за время их владения земли имения увеличились от примерно 1000 десятин в 40-е годы XIX века до 1927 десятин в 1911 году.

Таким образом, во второй половине XIX века на северной окраине деревни Борисовщина Ястржембские основали одноименную усадьбу, состоящую из дома, жилых и хозяйственных построек, парка и плодового сада, фрагменты которых сохранились до наших дней.

В основе композиции усадебного ансамбля регулярная планировка, которой подчинены все постройки: усадебный дом, жилые и хозяйственные строения, парк. Все строения кирпичные, не оштукатуренные, за исключением усадебного дома. Одноэтажные жилые дома и хозяйственные постройки украшены стилизованными портиками и фризами с геометрическим орнаментом.

Расположенный на двух прибрежных террасах реки Вить усадебный парк был заложен в XIX веке и вместе с усадьбой занимал 8 гектаров. Через парк проходила система прямолинейных каналов, служивших как для украшения ландшафта, так и для отвода воды в заболоченной низине. На верхней террасе располагался усадебный дом. Это было кирпичное одноэтажное здание с двумя верандами, тыльной стороной выходящее на нижнюю террасу. Одна из веранд располагалась на гребне склона. Особенный интерес вызывает выполненная в неоготическом стиле пятиэтажная водонапорная башня со смотровой площадкой наверху, находящаяся напротив дома, на краю парка, визуально доминирующая над усадьбой. С её высоты хорошо просматривалась вся территория усадьбы, в которую входил и плодовый сад, обнесённый ещё сохранившейся кирпичной стеной.

Из дома по одномаршевой лестнице можно было спуститься к каналу, шириной до 10 метров, и прокатиться на лодке к реке, где на островке перед каналом стояла каменная беседка. Парк на нижней террасе состоял в основном из местных пород, среди которых лиственница и пихта. На верхней террасе росло множество экзотов, часть из которых были выращены на месте, но в основном привезены из питомников Риги, Киева и Варшавы.

О том, насколько богатой была коллекция деревьев и кустарников, свидетельствует тот факт, что некогда в парке было зарегистрировано до 300 их видов и форм, в том числе актинидия полигамная, миндаль, берёза даурская, чёрная и бумажная, самшит, чашецвет цветоносный, клематисы, боярышники и жимолости различных видов. В 1929 году в парке насчитывалось уже лишь немногим более чем 100 видов и форм возрастом от 30 до 50 лет. Здесь росли: пихта гребенчатая, Вича, сибирская, бальзамическая и одноцветная; ель чёрная, сосна чёрная, веймутова; туя западная и её золотистая форма, тсуга канадская и другие. Из лиственных деревьев – уникальное для Беларуси тюльпанное дерево, шелковица белая, сумах, орех серый, липа американская, клён колосистый, ясенелистный золотистый и серебристый, лох серебристый, лещина краснолистная, ольха серая перистая, аморфа кустарниковая, бук лесной, ясень американский, тополь пирамидальный, дуб черешчатый краснолистный, золотистый, пирамидальный, плакучий, клекачка, берёза далекарлийская и другие.

Богатейшие коллекции деревьев сильно пострадали в годы войны. Но часть экзотов уцелели, по крайней мере, согласно данным первой половины 1970-х годов. Так, у входа в парк росла дуглассия тиссолистная и белая плакучая ива. Перед фасадом дома – ели Энгельмана, колючая и голубая, пихта Вича, сибирская и калифорнийская, тополь пирамидальный, бархат амурский; дуб черешчатый пирамидальный, кожанка, бирючина.

Рассказывая об истории усадьбы в Борисовщине, невозможно обойти вниманием личность самого известного из её уроженцев – Николая Феликсовича Ястржембского.

Н.Ф. Ястржембский родился 10 июля 1808 года в семье межевого судьи. Первоначальное образование он получил в базилианском монастыре в Овруче, после чего поступил в Виленский университет на физико-математический факультет, который окончил с отличием 1829 году. А с 7 января 1830 г. он уже студент Института Корпуса инженеров путей сообщения. Этот институт был первым транспортным и строительным учебным заведением в России. В 1832 г. Николай Феликсович с отличием окончил институт и остался в нём на преподавательской работе в звании подпоручика и в должности репетитора на курсах строительного мастерства и практической механики. Работая в институте, Ястржембский много времени посвящал научной работе. Он принадлежал к числу людей, о которых говорят: «Он был первый». Первым в России стал исследовать прочность стали и железа. Издал первое в России пособие по строительному мастерству. Первым произвёл исследование по динамике машин. Написал первое пособие на русском языке по сопротивлению материалов.

В 1837-1838 годах Ястржембский издаёт один из самых главных своих трудов – курс практической механики в двух томах. За свою работу он был удостоен Демидовской премии, которая считалась в России самой престижной и присуждалась за исключительные достижения. Эта премия, например, была присуждена Д. Менделееву – за достижения в области физики, И. Сеченову – в физиологии, Н. Пирогову – в хирургии и др. При этом, Николай Феликсович стал самым молодым лауреатом Демидовской премии, получив её в возрасте 31 год.

В 1846 г. выходит его двухтомный курс «Начальные основы общей и прикладной механики». Впервые в научно-технической литературе здесь рассматривался вопрос об электричестве как потенциальном двигателе.

После 15-летней службы в Институте полковник корпуса инженеров путей сообщения Н.Ф. Ястржембский оставил Санкт-Петербург. В 1848 году был назначен начальником отделения 11-го округа путей сообщения в Могилёве, где он провёл оставшуюся часть жизни, до своей кончины в 1874 году.

На Могилёвщине его деятельность связана со строительством плотин, дорог и мостов. Под руководством Николая Феликсовича построены шоссе Могилёв-Киев и дорога из Могилёва в Бобруйск, реконструирована Бобруйская плотина. Спроектировано несколько мостов в Могилёве и Витебске. В 1841 г. Ястржембский построил в Могилёве на берегу Днепра на Заводской улице первую на белорусской земле паровую мельницу. Так в Могилёве появилась первая паровая машина и первое предприятие заводского типа, где работали наёмные рабочие.

Прослужив в Могилёвском округе четырнадцать лет, сначала начальником отделения, а затем, с 1857 г., членом правления, Ястржембский в октябре 1862 г. был назначен непременным членом Костромской губернской строительной и дорожной комиссии, но вскоре, в феврале 1863 г., вышел в отставку в чине полковника.

Отметим, что Николай Ястржембский обладал незаурядным литературным талантом. Лучшим другом Николая Феликсовича в Могилёве был директор местной гимназии М.М. Богоявленский. Долгими вечерами приятели до хрипоты дискутировали на литературные темы. Беседовали чаще всего о Гоголе, который незадолго до этого умер, перед смертью бросив в огонь второй том «Мёртвых душ». Но Ястржембский не только спорил. Ещё во время своей преподавательской деятельности во 2-м кадетском корпусе он познакомился и был в хороших отношениях с Н.Я. Прокоповичем – другом Гоголя. У него-то он и раздобыл копию отдельных частей сожжённой рукописи и в свободное время усиленно работал над нею: дописывал, переписывал, исходя из собственного видения сюжета. Однажды в пылу полемики с Богоявленским Николай Феликсович признался, что имеет переработанные разделы второго тома «Мёртвых душ», и предложил заключить пари, что Богоявленский не сможет отличить, что написано самим Гоголем, а что является стилизацией под Гоголя.

Ознакомившись с записками, Богоявленский пришёл в восторг. Он ни на секунду не усомнился, что это был настоящий Гоголь. Не помогли даже искренние признания Ястржембского, что многое было написано им самим. Богоявленский упорно не верил и попросил снять копию произведения. Николай Феликсович согласился, но взял с друга слово, что тот никогда не предложит эту рукопись в печать. Богоявленский клялся, что так и будет.

Через два года Богоявленского переводят на работу в Санкт-Петербург. В январе 1872 г. в ежемесячном издании «Русская старина» появились «Приключения Чичикова, или Мёртвые души. Поэма Н.В. Гоголя. Новые отрывки и варианты». И здесь, в столице все признали материалы истинно гоголевскими, и даже даны были восторженные отзывы в прессе.

Ястржембский позже признался в авторстве – в той же «Русской старине» была напечатана его статья «Подделка под Гоголя: литературный курьёз». Но ему не хотели верить.

По материалам районного краеведческого музея подготовила Наталия РЕВЯКО.

Фото planetabelarus.by.



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *