Последнее время в нашем мире всё чаще встречаются случаи буллинга, или травли. И чем старше я становлюсь, тем страшнее смотреть на то, во что это выливается.
Часто вспоминаю свои школьные годы. В СССР тоже не всё было идеально: задиры могли поставить подножку или дёрнуть за косичку. Серьёзные случаи казались единичными; они «рассасывались» сами по себе или после разговора с учителем. Глядя на нынешние новости, ловлю себя на мысли: что происходит с нашей молодёжью?
В феврале в Бресте произошла чудовищная трагедия. 15-летний Артём Карпович выбросился из окна. Мальчик не выдержал травли в классе. Он был тонким, чувствительным подростком, но разве это повод для травли?
Самое страшное в этом случае – «глухота» взрослых, приведшая к гибели. Мальчик жаловался родителям, просил маму написать заявление в милицию. Родители приходили к классному руководителю и слышали спасительную фразу: «Всё в порядке, разберёмся». Не разобрались…
В день смерти Артём написал маме и в школьный чат, назвав обидчиков поимённо – одноклассников и учителя, не остановившего травлю. «Это всё из-за вас, вы позволили довести меня до такого состояния, что я покину свой мир», – написал ребёнок перед смертью.
Очнитесь! Нельзя закрывать глаза. Молчание – индульгенция для убийц. Те, кто травил, и те, кто бездействовал – соучастники.
И да, буллинг (травля) в школах Беларуси существует, и это подтверждается данными исследований ЮНИСЕФ и опросами, указывающими на то, что от 11 до 25% учеников сталкиваются с агрессией, а 19% подвергались травле. Проблема включает физическое и психологическое насилие, а также кибербуллинг. Меры противодействия активно внедряются через образовательные проекты.
В Беларуси за систематическую агрессию предусмотрена ответственность. Она наступает с 14 лет. Но разве это вернёт ребёнку жизнь?
Как понять, что вашего ребёнка травят, если он молчит? Психологи давно составили список маркеров.
Давайте перестанем делить детей на «жертв» и «агрессоров» в школьных коридорах. Ведь, как показала практика, равнодушие взрослых стоит дороже любой школьной оценки. К сожалению, оно может стоить детской жизни.
Лариса КОПЫЛОВА.
