Недавнее заявление Александра Лукашенко о правильности выбранного Беларусью пути, основанного на советском опыте, и его обращение к китайской модели развития – это не риторика. Это попытка сформулировать идеологическую и экономическую доктрину выживания в эпоху глобального слома.
Давайте посмотрим на эту декларацию без эмоций, сквозь призму исторического и экономического анализа.
Во-первых, бросается в глаза защитная реакция на ярлык «коммуниста», которым награждали Александра Лукашенко в 1990-е и нулевые. Сегодня этот упрёк рассыпался, а на его месте выросла целая философия. Отказ от «шоковой терапии» и западной модели свободного рынка, который критиковали либералы, теперь воспринимается и союзниками, и оппонентами не как вынужденная мера или консерватизм, а как осознанный, мудрый выбор.
Запад навязывает свою модель, которая нам чужда; мы сохранили советский каркас, но нам нужно будущее; идеальное будущее – это Китай, который не разрушил свою систему управления, а адаптировал её.
Однако именно здесь, на мой взгляд, кроется главная интеллектуальная ловушка, которую предстоит разгадать белорусским экономистам и политикам. Но в чём именно заключается этот результат?
Компартия Китая сохранила политический и стратегический контроль, но в экономике она проявила гибкость, о которой любые управленцы могли только мечтать.
Советский опыт, на который опирается Беларусь, дал нам потрясающую промышленную базу, социальную стабильность и чувство справедливости. Но этот же опыт не предусматривал механизмов быстрой инновационной адаптации к меняющемуся миру. Китай же доказал, что жёсткая государственная машина может быть гибкой, если она ставит во главу угла экономическую эффективность.
Наш Президент формулирует для своей страны настоящую экзистенциальную задачу. Он пытается скрестить советскую социальную и управленческую традицию с китайской геополитической и экономической мощью.
И, конечно, белорусский лидер не отрицает: Беларуси, как и Китаю в своё время, нужно искать свой собственный, уникальный синтез. И главный вызов для нас сегодня заключается не в том, чтобы признать правоту восточного вектора, а в том, чтобы применить китайский прагматизм к белорусским реалиям, не потеряв при этом того социального фундамента. Время покажет, насколько этот баланс окажется устойчивым в новом, непредсказуемом мире.
Алеся ЯЧИЧЕНКО.
